Чем Европа другая

Рассказываем о базовых бизнес-установках, которые сильно меняют правила игры в Европе и США и могут повлиять на успешность проверенной бизнес-модели.

Что страшно русскому, то страшно китайцу?

Когда два года назад мы открывали первый филиал в США, основная задача, которую мы хотели решить, лежала вне бизнес-плоскости. Нам нужно было понять, насколько наша идея жизнеспособна за пределами России. Телевизор часто рассказывает нам о ментальных и культурных различиях россиян и европейцев. А как воспримут наши идеи мексиканцы? Или китайцы?

Прямо скажем, нам повезло с предметной областью. Базовые эмоции, на которых базируется наш бизнес, работают везде. Если страшно русскому, то страшно и американцу, и китайцу. Людям всех наций интересно решать головоломки, играть в команде, чувствовать себя умным.

Но что же с другими бизнесами? Если с острыми политическими темами, экспорт которых объективно будет иметь сложности, все понятно, то что насчет простых B2C сервисов? Имеет ли ваша идея шансы укорениться на чужой земле?

Частная собственность против планов инвесторов

Первый и самый важный момент. История предпринимательства в Европе и США насчитывает многие сотни лет. Возраст этой истории колеблется от страны к стране. В центральной Европе можно найти кафе, работающие на одном месте по 500 лет. В США, с их чуть более чем 250-летней историей, таких динозавров не сыщешь. Но даже 200 лет — это существенно более долгий срок, чем 25 лет бизнеса в современной России.

Еще большее значение имеет возраст понятия частной собственности. Великая хартия вольностей была принята в Англии еще в 1215 году.

К тому моменту, когда в середине 18 века ближайший сподвижник Петра Первого Александр Меньшиков ехал в ссылку по одному росчерку пера молодого императора, английские бароны уже 600 лет имели право на справедливое судебное разбирательство и защиту своего имущества.

Из примеров меня поразила история с коридором Вазари во Флоренции. Этот коридор — крытая галерея, которая соединяет Палаццо Веккьо и Палаццо Питти. Галерея проходит по крышам домов, была построена Козимо Медичи для быстрого и безопасного перемещения между его местом жительства и рабочими офисами на площади Синьории. Коридор проходит через весь центр старой Флоренции, в том числе, и по верхним этажам строений на Понте Веккьо.

Коридор Вазари во Флоренции как пример уважения к частной собственности

В процессе возведения обнаружилось, что на пути стройки находится дом местного купца. Всесильный Козимо Медичи, посадивший на папский престол последовательно двух своих родственников, могучий тиран, завоевавший Сиену, пытался договориться с владельцем здания, но получил прямой отказ. Вздорный торговец отказался продавать здание или даже один этаж на нем.

Только представьте себе — на дворе 16 (!) век, тиран и деспот строит себе прямую дорогу домой, и не может ничего поделать с упертым горожанином. Потому что частная собственность.

Этот аспект оказал очень сильное влияние на формирование текущей рыночной ситуации. Самые вкусные и центральные места на улицах европейских городов занимают успешные и эффективные бизнесы. Давно и надолго.

Кафе, которое было прибыльно на улице Петричолл в Барселоне 100 лет назад, во времена Гауди, тем более успешно сейчас — когда ежегодно в Барселону приезжают 20 млн туристов.

Попытка открыть в Европе филиал бизнеса в HoReCa кажется мне безумно рискованным мероприятием. Ты автоматически попадаешь в болото, полное взрослых и агрессивных «крокодилов». Берегись за свою задницу.

При этом стоит отметить, что новые рестораны и кафе все-таки возникают постоянно, и кто-то даже становится успешным. Рассказывать о русских стейк-хаусах в Лондоне уже даже моветон. Честь и хвала этим людям — они реально герои.

Большие и эффективные

Важным следствием из первого факта является глубокая интеграция и взаимосвязь европейских бизнесо друг с другом. Одна семья пять поколений делает вкусное печенье, другая владеет сетью железных дорог. И вот они уже вместе за копейки доставляют продукцию в самые удаленные уголки страны и Европы. Себестоимость доставки падает, растут обороты. Постепенно в линейку добавляются другие семьи со своими шоколадками, минеральной водой, а дальше — мылом, порошком и чипсами.

В результате, выходя на европейский рынок с идеальной пятислойной туалетной бумагой со смывающейся втулкой, ты сталкиваешься нос к носу с корпорацией Unilever или Kraft. C их миллиардными бюджетами, эксклюзивными договорами, выстроенной логистикой и экономией на масштабах. Мне кажется, это смертельное комбо.

Думая о выходе на европейский рынок, стоит внимательно проанализировать конкурентов и, по возможности, тех, кто за ними стоит.

Вот картинка для понимания масштаба проблемы:

Выходя на европейский рынок сталкиваешься нос к носу с корпорациями

Вместе с тем, большие размеры несут за собой и ряд ограничений. Большие корпорации по определению неповоротливы и неторопливы. Чтобы заметить новый рынок или возможность, они потратят минимум год. Чтобы запустить аналог — еще год. В нынешних реалиях этого может быть достаточно, чтобы запуститься и вырасти во что-то серьезное за это время.

В итоге может так получиться, что Пепси Ко проще выкупить ваш бизнес вместе с командой, чем выращивать аналог. Поглощение крупным игроком — один из основных сценариев выхода в кэш инвесторов и основателей стартапов.

Социализм за счёт бизнеса

Я сейчас, наверное, очень многих удивлю. Европейские страны продвинулись в построении социализма намного дальше, чем все коммунисты мира вместе взятые. Капитализм по форме, по сути имеет огромное количество чисто социалистических примет.

Особенно в этом сильны северные страны. Норвегия, Дания, Швеция — вот уж где социализм такой, о каком даже и не мечтали в 1917 году. Программы поддержки малообеспеченных, социальная помощь инвалидам, государственные субсидии и много чего еще. В других странах, особенно южных, вроде Греции или Испании, этого поменьше, однако, на мой неизбалованный взгляд, и здесь предостаточно.

Деньги в капиталистической экономике берутся из бизнеса, а потому за все социалистические радости приходится платить предпринимателям.

Высокие и упорно собираемые налоги на зарплаты, прогрессивная шкала — все эти радости европейской жизни станут частью вашего бизнеса.

Отчисления в фонды социального обеспечения в некоторых случаях могут стать неподъемной ношей. При регистрации юрлица в некоторых странах Европы стартовые отчисления составляют до 50 тыс. евро. При том, что вся стройка локации одного нашего квеста составляет около 30 тыс. Зато люди, работающие у тебя, спокойны по поводу своего будущего. Пенсия по нетрудоспособности, декрет — все это гарантируется отчислениями работодателя, за которым внимательно следит государство.

Добавьте сюда очень непростые процедуры приема на работу и увольнения персонала и станет понятно, почему бизнесы с большим количеством ручного труда стремительно бегут из Европы в Китай.

В США, кстати, эта проблема не стоит так остро. Налог, конечно, придется платить. Там под это заточена система «кредитного рейтинга», при которой получая деньги в конверте работник лишает себя возможности снять квартиру, купить машину или даже телефон в кредит. Однако по крайней мере увольнения устроены проще.

Однако, несмотря на все трудности, предприниматели потому и зовутся так, что готовы что-то делать, предпринимать. В следующих постах расскажем о том, как в Европе и США создаются успешные бизнесы — наперекор всем ветрам.

Эта колонка вышла на сайте https://spark.ru/startup/komnata-gde-zhivut-k/blog/29857/chem-evropa-drugaya